Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: с запахом типографской краски (список заголовков)
22:53 

самым трогальельным в литературе...

"Когда ты начинаешь всматриваться в бездну, у тебя чай остывает" (с)
...мне видится то, как отцы пишут своим дочерям о смерти:

"Мы падаем. Люблю тебя. Делай что тебе хочется. Папа"
Лу "Мулей"

"Милая моя Штеффи, прости меня, я был не в силах написать раньше. Мама умерла от тифа семнадцатого июня. Горю нет конца. Постарайся рассказать об этом Нелли как можно более деликатно. Твой папа"
Тор "Глубина моря"

"Помимо плохих новостей, у меня есть для тебя все же одна хорошая. Наконец-то я узнал, что представляет собой смерть, о которой так много судачат. Это нечто вроде пирожного, напоминающего корзиночку с кремом или пирог с клубникой. Говорят, у него совершенно особый вкус.
Обнимаю тебя очень аккуратно, чтобы не испачкать. Твой папа"

Тор "Принцесса Ангина"

@темы: impressions, с запахом типографской краски, чужие строчки

06:58 

"Когда ты начинаешь всматриваться в бездну, у тебя чай остывает" (с)
Я решила поучаствовать в одном проекте. Суть в том, что нужно составить себе список-пирамиду из 66 книг на прочтение в 2011 году, подобрав темы по своему вкусу.
Я немного помухлевала, включив в него всякие комиксы, да я и не рассчитываю, что даже при таком облегчении задания уложусь в срок. Но интересно будет посмотреть, насколько я смогу придерживаться плана.
В нем еще оставлено место под книги, которые я прочитаю внезапно.

Пожалуй, буду поднимать эту запись после 5 новопрочитанных пунктов.
Под катом впечатления.

Прочитано: 50

1 часть

1 книга о детях(1)
2 книги Дж. Харрис (1)
3 книги о книгах (2)
4 книги по психотерапии (2)
5 книг скандинавских авторов (3)
6 книг о семье (2)
7 потенциальных шедевров (5)
8 серий манги/комиксов (8)
запись создана: 08.01.2011 в 16:18

@темы: сорока на хвосте принесла, с запахом типографской краски

16:05 

флешмоб о личных хит-парадах

"Когда ты начинаешь всматриваться в бездну, у тебя чай остывает" (с)
17:44 

"Когда ты начинаешь всматриваться в бездну, у тебя чай остывает" (с)
Санкт-Петербургский международный книжный салон


Дошагали мы до Ленэкспо. Этот год мало отличается от прошлого: "те же и Чацкий", поэтому мы сразу порулили к Самокату и оставили там полторы тысячи рублей, иначе никак не получалось, это я еще не все желаемое купила. Ограничилась "Питбуль-терье", "Солнце - крутой бог", "Глубиной моря", "Красной Шапочкой на Манхэттене", "В одежде человека", новыми "Взглядом кролика" и "Альдаброй" и переизданной "И не забывай гладить котенка".
Еще я пыталась примерить на себя роль торгового представителя и начала рекламировать одной что-то спросившей у меня тетке книжку "Оу, бой!". Я успела рассказать, что это книжка про трех сироток, которых некому усыновить, но есть их вредная тетя, которая без ума от младшей сиротки, но раздражается от старших, и еще есть старший сводный брат-гей, которому поначалу плевать на всех, но потом он начинает проникаться семейственностью... При слове "гей" тетка почему-то испугалась, и даже не стала дослушивать про лейкемию, про суд, про рисование сердечек и все такое. Неважный из меня продавец, чего уж там. Но книжка-то отличная!
Еще мы купили несколько книжек для Джинни, в том числе про Петсона и Финдуса и книжку Стивена Хокинга для детей, а на будущее "Сказки для Каприны". Программа-минимум, таким образом, была выполнена, и в качестве бонуса я позволила себе разве что книжку про Хауса, книжку про Смиллу и книжку про Майка и Цоя.
Ну, и еще книжку про Кота в качестве будущего подарка Кристиану на Новый Год.
Впечатления такие: Азбука - скудненько (ну и фиг с ней), Иностранка - еще более скудно, зато Самокат - впечатляюще. Плюс куча всяких разных издательств, которые не особо мне интересны, плюс стенды книжных магазинов, чье существование на Салоне всегда казалось мне бессмысленным. Вместо Молескина - Инфолио, записные книжки у них удобные, конечно, но тетради - какое-то фу. С открытками - беда, либо я не там искала. Реконструкторских украшений не было, зато была куча всякого разного барахла, достойное - разве что тарелки и кружки с котами. Как-то так.
запись создана: 14.04.2010 в 03:59

@темы: с запахом типографской краски

03:30 

"Когда ты начинаешь всматриваться в бездну, у тебя чай остывает" (с)
***
Вчера, когда мы несли домой Марун-Пеппилотту, по нашему двору мимо проехала машина, и в ней очень громко играла музыка. Это был Саша Башлачев: "Но можно песенку прожить иначе, можно крылышки оборвать, только вырастет новый мальчик за меня, гада, воевать..." И это было так... неожиданно, что казалось невероятным.

***
Мышь стащил пакет апельсинового сока, открыл его и разлил возле дивана. Я убрала. Тогда спустя полчаса он стащил пакет ряженки, отволок его на то же место, открыл и разлил. Извозился в этой луже весь, растирал по себе и в полном счастье чавкал.

***
От зимы осталось чуть больше двух недель.

***
Орхан Памук лучше Салмана Рушди.

***
Почему-то у меня спрашивают в половине случаев какую-то ерунду, а я-то ждала вопросов вроде: что ты больше всего любишь в поездах? или какого цвета были глаза у мужчины, первым пебя поцеловавшего? или ты плачешь в кино? или почему ты любишь некоторых кукол больше, чем некоторых людей?
Как вы понимаете, мне нельзя доверять создание анкет.

***
Я не могу найти дома ни одной пишущей черной гелевой ручки. Как после ЕГЭ.

***
Говорят, дайри-магия работает. Что, если поупражняться?

Вопрос: Да, ты напишешь до конца февраля 10 полноценных страниц книги!
1. Да!  26  (100%)
Всего: 26

@темы: с запахом типографской краски, анатомия быта, Стич, Саша, still life, impressions

16:37 

"Пьющий время" Филиппа Делерма

"Когда ты начинаешь всматриваться в бездну, у тебя чай остывает" (с)
Все, что вы хотели знать о потерянном детстве, о ценности мгновений настоящего, о том, каким временем жить, можно ли остановить время, что бывает с теми, у кого нет прошлого, и с теми, у кого это прошлое есть и кто хочет его вернуть, или обесценить, или оставить позади. Удивительным образом книга полностью оправдывает хвалебную аннотацию и действительно рассказывает о том, как компания странных людей и не совсем человека пытались каждый по-своему приручить время. Плюс замечательный язык, отличное умение передавать атмосферу летнего теплого вечера во Франции или зимних дней в занесенной снегами Швеции...
Очень хорошая книга, с которой мы почему-то звучим в совершенно разных тональностях. Наверное, перечитывать не буду.

Джу, я помню, что ты хотела ее прочитать, и если тебя не смутит то, что Десперо местами помял ее и в одном месте даже порвал, то я отошлю книгу тебе. Она очень хорошая, и отдавать абы кому эту книгу я не хочу, хочу - кому-то близкому.

"Он приехал из страны, которой мне не узнать никогда; из тех странных краев, которые лежат на пути у всех людей и откуда они выходят утратившими память или исстрадавшимися. Утратившие память становятся взрослыми, а исстрадавшиеся порой идут вдоль бульвара до самого края слов, стремясь приблизиться к нагорьям детства."

"— Да, я вижу с вами и море, и пляж. Но эта акварель - не карта грез и не географическая карта. Тот, кто написал ее, хотел удержать в этом безупречном шаре хрупкое мгновение счастья, детства. Дети играют в шарики, и детство уходит. Тот, кто написал эту картину, смотрел на детей. Мы с Клеманом нашли маленькую ямку в кухонном полу и играли на очки. Мы говорили, что никогда отсюда не переедем: в другом доме не будет ямки в кухонном полу. Мы играли, чтобы выигрывать. Конечно, нам очень нравились шарики, но их цвета и рисунки просто были частью нашей жизни, мы не воспринимали их отдельно. Кто-то стоя у нас за спиной, смотрел на нас и хватался за кисти, чтобы остановить время, приручить, удержать на бумаге неуловимый круг детства. На этой картине дремлет мое круглое, совершенное детство и нежность того, кто смотрел, как оно уходит. Художник испытывал лишь мучительное наслаждение и ничего не останавливал ради себя самого. Для меня шарик существовал, чтобы жить, катиться. Сегодня я смотрю на него вместе с вами, и мне от этого больно, так больно, что от этой боли становится лучше. Я ничего не хочу забывать."


Филипп Делерм


:ps: озаглавила было запись по названию книги, но на самом деле писала о втором произведении, в нее вошедшем, а не о заглавном. "Пузырь Тьеполо" тоже хорош, кстати.

@темы: impressions, чужие строчки, с запахом типографской краски

21:28 

"Когда ты начинаешь всматриваться в бездну, у тебя чай остывает" (с)
Умер Милорад Павич. Это был великий писатель, он единственный действительно умел писать рассказы.

@темы: с запахом типографской краски

20:44 

пронобелевскуюпремию

"Когда ты начинаешь всматриваться в бездну, у тебя чай остывает" (с)
А Нобелевку по литературе получил Жан-Мари Гюстав Леклезио.
Я-то лично надеялась, что это будет Марио Варгас Льоса или Милорад Павич. Павичу уже давно-предавно пора вручить эту премию.
А Леклезио... Я читала всего одну его книжку, она мне даже "скорее понравилась" - какой-то средний статус между "понравилась" и "средне". Там есть много скрытого, прячущегося ужаса, много растерянности и неприкаянности детей, много страха и пессимизма. Но в там нет ничего, превосходящего большинство других авторов.
Та же Мари-Од Мюрай, еще одна "Самокатова" протеже, пишет о детях на порядок лучше. Да, она берет темы менее жгучие, пишет о детях без преждевременного экзистенциального ужаса в душе, более свойственного юным и взрослым, но Мюрай более убедительна в описании сложностей и особенностей детской жизни. Ее герои - в известном смысле обычные дети, и чтение ее книг на ночь в семейном кругу даст куда более ценные плоды...
Как-то я даже разочарована.

@темы: impressions, с запахом типографской краски

01:34 

холодный май и я не умею читать

"Когда ты начинаешь всматриваться в бездну, у тебя чай остывает" (с)
Боже! Май в городе отвратителен двумя аспектами: температурой и запахами.
С температурой так всегда: сначала становится тепло, а потом одновременно холодает и отключают отопление. Это случается каждый год, и на этот раз работники местной корпорации тепла опять не сверились с гисметео, хотя ясно же было написано, а для особо непонятливых и проиллюстрировано: ждите +6. Ну чего непонятного?
Теперь мерзнут ноги, руки, кончики пальцев отнимаются, а в ванной так и вовсе воссоздание атмосферы зимних слизеринских подвалов: раньше там просто жила склизкая, самостоятельно выращенная в ведре кобра, которую лично про себя я обзывала Василиском (хотя если честно, то я считаю, что василиски на самом деле выглядят не как огромные гаррипоттеровские змеи и не как убогие собаки с подстаканника, а как были они показаны на иллюстрациях к «Говорящему свертку» в старой книжке), а теперь там еще и так холодно, что идея принять душ отдает не просто мазохизмом, а даже вселяет мысль о пробудившихся суицидальных тенденциях.
Запахи не менее традиционны: черемуха и корюшка. Хуже черемухи пахнет только рябина, ну а корюшка – это какая-то противная, мелкая и несъедобная рыба, по совершенно непонятным мне причинам ставшая национальным санкт-петербургским лакомством. А вот в моем субъективном представлении есть только два вида рыбы: форель/семга и которую ловят вот так. Первый вид, как вы понимаете, я могу позволить себе только теперь, а второй я единственно потребляла все свое школьное детство в чудные первые годы «Молодой России».

Я вот читаю Кафку. И это просто ужасно.
Давно у меня не было таких историй с чтением книг. Кафка настолько тяжел для моего восприятия, что я могу в полной сосредоточенности перечитывать страницу по пять раз, но не понимаю вообще ничего. Слова не складываются в предложения, предложения не складываются в осмысленный текст – это для меня какая-то немыслимая азбука мертвого языка. Скорость чтения упала раза в три-пять, я продираюсь, как сквозь частокол.
И вроде бы, пытаясь определить для себя, каков этот Кафка, я могу сформулировать, например, что рассказы его одновременно сложны, тяжеловесны, непонятны, многослойны – но это все те характеристики, которые я приписываю и тому же Кортасару. Однако же последнего я читаю с интересом и переживая все события, пропуская текст через себя. Кафка же скользит, опутывает, тянет и сдавливает, но внутрь не проникает, нет.
Похожие чувства у меня вызывал Гессе, но его я трижды начинала и трижды бросала на полуслове, и мне не было стыдно. Мне казалось, что это могло быть связано с влиянием момента или просто мне попадалось не самое лучшее его произведение, но после третьей попытки поняла, что лучше уже не будет, что он на самом деле такой: скучно-назидательно-традиционный. Так может быть, это просто не складывающиеся отношения с немецкоязычной литературой? Вот и из серии ШАГи у меня только Рут Швайкерт прошла, оставив след…
Но нет, Кафку я продолжаю читать упорно, но без отвращения, с которым я читала хвастуна Сартра. Я с полной ответственностью могу заявить, что был он не прекрасным экзистенционалистом, а просто капризным занудой, любовно сковыривающим корочку со старой болячки. Меня тошнило, следовательно, я существовала, читая его книгу – вот и весь экзистенционализм.
Но с Кафкой не так, хотя сложно безумно. Я не понимаю, что, зачем и почему говорят персонажи, не могу понять их мотивацию и воссоздать события перед внутренним взором. И все это даже, несмотря на почти патологически подробные описания каких-то идиотских мелочей, описания сухие – почти хроника из отчета следователя. Его называют наблюдателем – вот уж точно. Кафка – это не совсем литература, это какая-то ее грань с хрониками, с дневником наблюдений.

Я прочитала неполных семьдесят страниц и пошла покупать «Я – Шарлотту Симмонс» Вулфа – после пого, как я дочитаю уважаемого пражанина, изображенного собственной персоной на мириадах бумажных пакетиков, мне просто необходимо будет устроить мозгу санаторий, почитать что-то, что не требует даже минимального мыслительного процесса… А на самом деле это просто пляжная книжка на лето.

Еще я пойду в конце мая учиться в Бехтеревку, я рада преочень, потому что без необходимости слушать и конспектировать лекции, кажется, начинаю терять человеческий облик.
Иногда я говорю людям такое, что в принципе не могу понять, как со мной можно дружить…

@темы: still life, с запахом типографской краски, impressions

22:40 

Книжный Салон в Ленэкспо. дубль два

"Когда ты начинаешь всматриваться в бездну, у тебя чай остывает" (с)
Сходили еще раз на Книжный Салон.
Я купила себе Молескиновский скетчбук, а Надя – «Книгу о смерти». Она выполнена как собрание коротеньких мыслей, примитивных картинок и пояснений к ним. Говорится в ней о сложном так просто, что я бы стала давать ее почитать и взрослым людям тоже.

«Рыбы никогда не закрывают глаза.
Их глаза всегда открыты, даже после смерти.»

«На небесах умершие, возможно, превращаются в ангелов с крыльями…
Некоторые полагают, что Бога нет. Они думают, что после смерти все вокруг просто станет черным.
Многим кажется, что черный цвет – это скучно. Поэтому они считают, что все будет голубым…
или в цветочек…
или золотым…
А что, если после смерти человек прорастет цветком…
или деревом…
или превратится в птицу…
(внизу картинка с пояснением «Птица и ангел летают вместе»)»

«На похоронах играют красивую музыку и поют красивые песни, а священник говорит о покойном.
Все очень печальны.
Некоторые сильно плачут… (рисунок плачущего человека)
А некоторые просто молчат и плачут про себя (рисунок печального человека с огромным пузырем слез в животе)»


Мне кажется, что если и говорить о смерти, то только так.

Но если перейти к чему-то более оптимистическому, то сегодня мы нашли лоток, которым заправляли жизнерадостные комиксисты. Сами комиксы нас не интересовали, поскольку большинство из них уже прочитано, а заинтересовали нас значки. Целая разнокалиберная россыпь всевозможных кругляшков самой широкой тематики. А при покупке любого значка можно было нарисовать и прямо на месте сделать свой собственный. Поэтому я выбирала себе готовые значки, а Надя рисовала. Она сделала банальный цветочек, а затем мысль ее полетела и достигла идейных концептуальных высот, поэтому следом дочка нарисовала разноцветную мишень. Третьим ее экспериментом стало что-то эротическое: красное сердце с нарисованным на нем бананом и малиной и надписью «Надя любит малину и бананы». Я тоже приложила руку и быстренько намалевала Мохнатую и кусок Бескрылого, которых вы, наверное, забыли уже, но которые теперь будут напоминать мне о себе постоянно.
А купила я кучу значков с какими-то анимешными героями: темноволосый мальчик, какое-то зажатое белокурое бесполое существо и шатенка со стрижкой каре – какие-то почти семейные сценки, и они такие милые. Но кто такие – не знаю.
А вот идея заиметь себе устройство для изготовлению значков – это мое новое большое желание. Всего два движения рукой – и море удовольствия.

@темы: с запахом типографской краски, чужие строчки

01:02 

Книжный Салон

"Когда ты начинаешь всматриваться в бездну, у тебя чай остывает" (с)
Вчера я была на Книжном Салоне в Ленэкспо. Но чувства завершенности нет, поэтому мы с Надей поедем туда завтра, сразу после дежурства в школе.

В маминой школе Надя бывать любит, дети вообще любят ходить на работу к родителям. Но если у папы всего лишь офис, пусть и с телевизором, кучей компьютеров и кулером, у мамы-то целый таинственный мир взрослых детей, которые занимаются таинственными делами. Например, грызут ступеньки. Это ей завуч Н.В. сказала, когда Надя спросила, почему они такие кривые.

А я уже приблизительно знаю, что нужно купить «Психотерапию» Карвасарского, а то стыдно уже. Нет, в электронном варианте она у меня есть, но читать с экрана я так и не научилась, поэтому продолжаю зарастать бумагой, и скоро уже стану похожей на героя «Слишком шумного одиночества», книги в квартире которого занимали столько кубометров, сколько это было возможно, а он боялся, что однажды это все обвалится и похоронит его под собой. Я пока не боюсь, у меня в планах еще альбом Флоренских.

А Флоренские – это такие удивительные художники, которых я люблю нежно и трепетно, потому что они делают вещи, которые мне очень понятны и дороги.
Впервые я увидела их на выставке в арт-центре Пушкинская, 10. Они выставляли открытки: сделанные в других странах фотографии, на которых в том числе была табличка с адресом (или адрес, написанный на асфальте, или что-то еще в этом роде), с марками, отправленные по почте. Это было так здорово и просто, и я была ужасно раздосадована, что это придумала не я. Правда, тогда я еще нигде кроме «Пушкинской, 10 и окрестности» не бывала, как я могла бы такое придумать, если я не верила, что за пределами Лен.области вообще есть какой-то мир?
Потом я купила альбом с этими открытками и с конвертами, и иногда его пролистываю.
А вчера я купила еще один, в нем уже другое: скелеты животных, выполненные из разных предметов: тазиков, досочек, отверток, удочек, леек, электрических шнуров. Они прекрасны, а особенно изящны скелеты электрического ската из витых элементов старых деревянных стульев и хищной птицы с садовой метелкой на месте хвоста.
Завтра я, возможно, приобрету еще и альбом про таксидермию, где уже не скелеты, а целые существа и рисунки из таксидермического дневника.

Я купила «Алису» в Кэрролловском пересказе для детей и с замечательными иллюстрациями, и теперь у нас есть уже четыре «Алисы», включая старенький вариант с кучей сносок, книгу с иллюстрациями Ерко, чешскую «Алису» с черно-белыми графическими картинками – этакий сюр на плоскости, и новую, детскую.

…А еще примостившиеся сбоку Самокат, ОГИ и Нарния со своими детско-взрослыми книжками. Зайти к ним снова, просмотреть на предмет упущенного, и не забыть потом Лимбус. Лимбус обещал Ривелотэ, но почему-то в четверг ее стихов не было.
Возможно, я еще выживу и сил хватит на Азбуку и Симпозиум. Первая выставила столько книг из своей относительно новой серии карманных книжек с белыми рифлеными обложками и черными корешками, что невозможно охватить их все разом.
Но если все же вспоминать, что я мама, то лучше бы пойти к Махаону и не только глазеть, а узнать, за сколько они отдают книжку-раскладушку про Золушку. Почти тысяча в Буквоеде, но от издательства должно быть дешевле? А между тем, для меня-маленькой, великая радость которой заключалась в маленькой книжке-раскладушке про утро, это было бы счастье масштаба настоящего чуда. У ребенка должна быть такая книжка.



А у мамы – Молескин. Хотя это, конечно, большая мечта.
Молескины тоже продают на Салоне, и они прекрасны, серьезны, чуть высокомерны и немного задумчивы. Это вещи, обладающие своей собственной бумажной душой, и совершенно очевидно, что они способны стать близкими, преданными и дорогими друзьями.
Подарите мне Молескин! Обещаю, я буду в нем рисовать.

@темы: с запахом типографской краски

16:59 

ну поговорите же со мной о книгах (часть 2)

"Когда ты начинаешь всматриваться в бездну, у тебя чай остывает" (с)
Горы литературы нарастают с чудовищной скоростью. И вот я опять задаюсь вопросами, что из всего этого читать в первую очередь.

Раньше я очень любила малоизвестных японцев, читала все какие-то безвестные повести, а до именитых дяденек так и не добралась. Странно, но сейчас стеллажи с японской прозой совсем меня не привлекают, сейчас я перекинулась на запад. И на литературу для несовершеннолетних.

Мне интересно почитать «Воздушных пиратов», я запаслась какими-то книгами из этой серии и скоро, по всей видимости, начну знакомиться. В первую очередь, конечно же, меня привлекли иллюстрации: изящные, подробные и самобытные – только ради них уже стоило купить книгу.
Другую причину навскидку мне назвать сложно, потому как я ну совсем не похожа на любителя фэнтези, тем более фэнтези для «наших маленьких читателей». С другой стороны, я очень жалую то, что некий товарищ обозвал «литературным фэнтези», распространяясь о романах Геймана.

Тот же самый товарищ выругался по поводу перевода Панасьевского «Замка Горменгаста», дескать вот был один небрежный перевод в одном пиратском издательстве. К слову, товарищ работает в «Азбуке», а что даже такие уважающие себя издательства имеют немаленькие пиратские неучтенные тиражи, знают все; конкретно же «Азбука» уже имела спор по поводу авторских прав с Максом Фраем (Максой Фраей?) – так что нечего соринки с чужих глаз собирать.
Да и вообще обиделась я за дяденьку. Мне думается, не просто так он текст по ходу перевода менял, не просто так переделывал. У него с этим замком много что личного было связано, он даже нарисовал его. И хотя у него не было даже начатого начального образования в этой области, он смог создать картину, удивительно похожую на старинные гравюры, с ясной перспективой и множеством деталей, которые можно рассматривать годами.
И так случилось, что у меня есть эта старенькая книга 1995 года издания из серии «Пси» в бежево-персиковой суперобложке. Я ее купила год назад в Старой книге, но все откладывала из-за неудобного шрифта.
Так что теперь я заинтересовалась трилогией Мервина Пика «Горменгаст». А еще смотрите, что про него пишут:

два мне незнакомых дядьки о Горменгасте

Еще мне очень интересно, читал ли кто-нибудь Мишеля Фейбера «Дождь прольется вдруг» - там такая обложка с рыбами, плавающими по комнате… Есть такие опорные образы, используя которые, меня можно заставить купить все, что угодно: плавающие в неположенном месте рыбы – как раз из таких.

И читал ли кто-нибудь Лию Симонову? Когда я была школьницей, я прочитала «Круг» и «Лабиринт» - и это было не про меня, но про то, что вокруг меня происходило, точно. И это было странно, потому что в маленьком провинциальном городе в середине девяностых из литературы была только классика, страшные жестокие детективы и «Анжелика». Последнюю я еле осилила до середины, первое – фрагментарно, ко второму не прикасалась. И на фоне всего этого Симонова была как что-то невероятно жизненное. Я брала ее в детском отделе библиотеки раза два и читала за день.
И тут я открыла для себя, что ее переиздавали. В магазинах распродаж я нашла обе книги, но пока не читала. Я знаю, что делать это нужно осторожно, все же я заматерела на книгах сейчас, и могу разочароваться, поэтому откладываю чтение.
А кто-нибудь кроме меня читал?

@темы: с запахом типографской краски

21:51 

и все-таки в книгах люди прекраснее, чем в жизни...

"Когда ты начинаешь всматриваться в бездну, у тебя чай остывает" (с)
Я очень жду новой экранизации Геймана.
"Коралина" - самая его лаконичная, стройная, изобилующая аллюзиями и абсолютно гармоничная сказка. Именно после нее я все ходила и намеревалась рисовать/делать кукол с пуговицами вместо глаз. Мои намерения так намерениями и остались, а у других умников хватило силы воли и, будем надеяться, таланта на создание многоминутно движущихся картин.
Я сейчас как раз дочитываю "Задверье", путь к которому был долог и пересечен бессчетными тропинками к другим авторам. Описанный в нем мир наиболее - из всех читаных мною историй - похож на мир "Ржавчины на гобеленах", которую я уже несколько лет пишу большей частью в своей голове (название почти условно, то есть оно немножко модифицировано, дабы не сглазить). Речь в ней идет о двух людях, каждый из которых стоит перед своей стеной, и обо всем происходящем с ними и вокруг них: Морячку вы уже знаете, а Сашка - он просто невероятной внутренней красоты вроде шизофреник. История задумывалась как сказка о Городе, а в итоге вылилась в эпопею о любви между невротическим и психотическим, в поэму о лишениях и потерях.
В отличие от Геймана у меня много занудства и препарирования мозга (главным образом авторского), но общность мировосприятия какая-то озадачивающая. Бывает чувство при чтении книг "ну почему это написала не я?!", а бывает "черт, это могла написать я!". Нюанс на самом деле есть, и даже не нюанс, а целая пропасть разницы: как между ориентиром и совместным углом зрения. Гейман сумел поймать мой ракурс, встать мне за спину. Хотя лично мне больше бы хотелось походить на Айваза.
И странно - это я уже возвращаюсь к тому, что я читаю сейчас, и к своим впечатлениям - мне всегда нравились приличные такие герои. А в этот раз я прямо негодовала: это как он посмел убить маркиза? опух дядька? То есть, мне действительно впервые понравился какой-то отморозок... На этапе чтения данной минуты отморозок существует в виде адекватного и такого себе произвольного зомби, но негодование мое все равно сильно.
Но если возвращаться еще на несколько слов назад, то вот поглядите, кто еще не успел, на "завлекалку" к "Коралине".




________________________
Вычитала что-то очень смешное и почти про меня на "Подслушивает Россия": Девочка лет тринадацати (подруге, на повышенных тонах): Что ты вечно примазываешься? Что ты вечно к моим мужикам клеишься? Только я в Безрукова влюбилась - ты сразу "Ах, Серёженька, люблю - не могу!" В Топалова влюбилась - и ты туда же: "Ах, Владичка, ах, мой любимый!" Достала уже! Маяковского люблю - я. Ясно тебе? Я, Я, Я!!! И ничего тебе тут не обломится, и катись к своему Безрукову с Топаловым! (с)

________________________
Сама в метро кое-что подслушала. Два мальца возраста "ну наконец-то я вырос" обсуждали свою, по всей видимости, весьма талантливую игру на бильярде. Один хвастался, мол, у него не получается забивать простые шары, зато чем удар сложнее, тем более легко и точно он его выполняет. Второй поддакивал. Я улыбалась: имелись в виду, как мне показалось, пара-тройка счастливых случайностей, да и шар не тот и не в ту лузу закатывался - за такое обычно штрафуют. Ну, если по-честному. А не по-честному у меня самой давеча два шарика по всему столу прокатились, немыслимым образом встретились и в одну лунку одновременно, будто держась за руки, закатились - так то судьба сыграла. Вера в судьбу и обстоятельства - это внешний локус контроля.
У мальчиков же этот "локус" оказался смещенным ровно в другую сторону, и они пыжились, как воробьи, обсуждая особенности игры в пул.
- Я в пул первый раз играл, я обычно в русский играю.
- Я тоже.
- Там все по-другому - кий во какой толстый (показывает практически на себе, и я начинаю понимать, откуда наши друзья взяли слово "куй").
- И шары больше, и лунки больше.
- Ага. И там сеточка.
...Но напоминаю вам, что у меня вообще-то Гейман на дочитке, и там маркиз стал форменным зомби. но читать, когда рядом беседуют на повышенных тонах я не умею - у меня минимальная мозговая дисфункция и я отвлекаюсь. А кроме того, значение "сеточки" для разницы между игрой в русский бильярд и игрой в пул ну никак не может быть настолько огромным, чтобы говорить о нем полужирным шрифтом. И после этого: "И там сеточка", я не удержалась:
- "Сеточка"! - фыркнула я.
- Чего? - быканул мальчик.
Тогда я недолго подумала и решила, что не следовало так жестоко с ним: он же натурально маленький, а тут взрослая незнакомая девушка говорит ему, что он дурак, да еще и размышляет, спросить ли его о свойственном эпилептикам сюсюкании. Не стоило невоспитанно фыркать, а спрашивать тем более не стоит, потому что тогда плохо стать может не только ему, но и мне. Я немножечко струсила и сказала:
- Ничего.
А мальчик вышел на следующей станции.
С восьмым марта.

@настроение: current book: Нил Гейман "Задверье"

@темы: impressions, лучшая ученица доктора Ф., с запахом типографской краски, я спросил у соседа: почему ты так глуп?

18:49 

ассоциации - 1. от Ameko

"Когда ты начинаешь всматриваться в бездну, у тебя чай остывает" (с)
Ниже я расскажу немного об ассоциациях, которые вызываю у Ameko. А потом будет еще вторая часть, но только немного позже.
Если вам интересно, вы можете спросить меня о моих ассоциациях в связи с вашим образом. Либо можете высказать какие-то свои ассоциации, которые я раскрою в следующих постах. И то и другое в количестве от 1 до 10.


виниловые пластинки


Это такие специфические вещи, родом из моего детства. Сейчас дети не слушают их, разумеется, да и взрослые-то только в исключительных случаях жалуют, подростки еще увлекаются ими как некими эстетическими объектами. Но я-то помню те «стародавние» времена, когда и проигрыватель был далеко не у каждого, а так чтобы целая гора детских пластинок, так я и вовсе никого кроме нашей семьи не знаю. У всех было по десять-двадцать пластинок со сказками-песенками, а у меня не меньше сотни – преогромная стопка: «Маша и Витя в стране диких гитар» (точное название выскочило из памяти), «Голубой щенок», «Чебурашка» и прочие-прочие сокровища, под звучание которых я в одиночку разыгрывала в своей комнате спектакли.
Куда все делось? У нас на даче есть старый дядин проигрыватель и несколько пластинок, в том числе Пинк Флойд и Аквариум, все рабочее, все играет. Наш и на моей памяти работал кое-как, наверное, родители его выбросили…
Словом, виниловые пластинки для меня – это не просто эстетика и выпендронство, а самая что ни на есть личная история.


городские фонари


Помните, как писал Мандельштам? «Рыбий жир ленинградских речных фонарей…». Не говоря о том, что все стихотворение – шедевр, скажу просто, что эта строчка с хирургической точностью описывает мое восприятие городских фонарей. Если окна Города – это практически его глаза, то фонари – свободные нервные окончания…


окна


Со мной иногда случаются переклины и перекосы. Например, я могу целый год собирать написанные подростками рассказы про ангелов, а потом разом взять – и удалить все мимо корзины, потому что становится невыносимо от всего этого.
Какое-то время я постоянно фотографировала окна. Нет, не как одержимая, но все равно больше, чем положено приличному человеку. Сейчас эти карточки затерялись среди прочих, и их количество кажется не таким огромным. Или же это оно тогда мнилось нереально большим? Или я не нажимала кнопку всякий раз, когда ловила окно в прицел объектива?


дети


Дети – это, разумеется, единственное, ради чего всегда стоит жить, даже если жить больше незачем, но рожать их сейчас бессмысленно, потому что самим им жить уже будет не просто незачем, а еще никак и негде. Очень печально, и, надеюсь, это просто нытье стареющего где-то внутри человека - маленький червячок, добравшийся до потенциального огрызка, который модно называть «стержнем» - но мне все страшнее за будущее наших детей. Дети очень любят играть на помойках, и у наших проблемы с поисками свалок будут единственным видом проблем, которых не будет вообще.
Я люблю детей, хотя добрая часть из них – вредные жестокие клопы. Я люблю детей, потому что их еще можно исправить, если вдруг что-то идет вкривь. Я люблю детей, потому что они совершенно не такие, как взрослые – и физиологически, и психологически, и социально – и я сама когда-то была совершенно другой. Я люблю детей за богатство их мира, за честность, за чувство юмора, за аграмматизмы речи, за то, какими они получаются в книгах (одна из моих любимых книжных тем – патологичность и жестокость детства).
Я работаю в школе, я всегда окружена детьми, они висят на мне, кричат, смеются, прячутся, поют, ноют, бегают, хамят, отказываются работать, проверяют пределы терпения, врут, теряют дневники и карандаши, целуются, дерутся, толкаются, секретничают…
Научившись мыслить в рамках этого пестрого мира, в котором все серьезно и все несерьезно, начинаешь представлять себе заводы и офисы чем-то вроде Средиземья или жизни на Марсе, какой-то иной альтернативной реальностью.
Не люблю подростков, детей – люблю.


письма


Некогда они были единственной возможностью честного общения. Я переписывалась с несколькими людьми, и этих эпистолярных друзей считала более близкими, чем своих реальных приятелей. С реальными приятелями было неинтересно и буднично, и заводила я их легко и кое-как: встретились, поболтали, сходили друг к другу в гости – люди-перчатки окружали меня, люди, которых нестрашно было терять. А с людьми «рукописными» все было серьезнее и болезненнее.
Я проверяла почтовый ящик каждый день и чаще всего это было впустую, но иногда мне удавалось зацепить письмо. У нас были потеряны почти все ключи от ящика, один остался только на маминой связке, поэтому я проверяла его, приподняв весь железный короб (наш ящик был самым нижним) и прощупывая рукой дно через щель в задней стенке. Если письмо приходило, я доставала его, от волнения тут же вскрывала и, если оно было недлинным, читала прямо на лестнице.
Впрочем, особенно важные письма я приносила домой, чтобы прочесть их в своей комнате: аккуратно вскрывала, читала медленно и по нескольку раз застревая на одних и тех же строчках.
Свои ответы я писала ночью или на уроках в школе. Андрей, одноклассник, все сетовал, что кому-то я пишу длинные тексты, а его всегда забываю поздравить с днем рождения, и я обещала исправиться. Андрей теперь врач, уверенный в себе, открытый, компанейский, он заметно вырос и незаметно потерялся…
Почти все письма, полученные мною, я храню. Нет только писем Музыканта, которые я когда-то сожгла. Выкинуть – это казалось нелепым, мне тяжело представить какие бы то ни было письма в помойной куче, поэтому я сожгла их в раковине и смыла огарки. Аминь.
А сейчас я пишу письма очень редко и получаю в большинстве случаев без особой радости. Я не знаю, исправимо ли это?


одиночество


Одиночество – наиболее удобная форма существования для меня, стиль жизни.
Вообще-то мне, как и любому другому типичному шизоиду, теплого человеческого общения ужасно не хватает, вот только я не совсем понимаю: а как это – близко общаться. То ли требования к откровенности и теплоте у меня неестественно высоки, и просто нельзя быть настолько близко, как мне надо, поэтому все возможные человеческие отношения автоматически признаются мною далекими, то ли желание сохранить в неприкосновенности свой внутренний мир становится преградой на пути к дружбе – но я, кажется, могу констатировать, что близкого друга таким, каким я бы хотела его видеть, у меня нет и быть не может. Я не вынесу того, чем хочу обладать.
Наиболее удобная форма общения для меня – редкие встречи. Всех людей, которых я люблю, я вижу всего несколько раз в году, но мне вполне хватает этого. Семья – не в счет, а остальные люди, которых я вижу чаще двух раз в неделю, тут же переводятся в разряд мебели. Реальны только те, кто далеки, только так я могу сохранять к ним нежное и крепкое чувство. Желательно – недосягаемы.
Тяжело мне только в такие моменты, когда, видя в магазине хорошую редкую книгу, которая у меня уже есть, я не могу придумать, кому можно было бы ее подарить. Тогда мне становится по-настоящему страшно и животно одиноко, и я понимаю, что это отчаяние – и есть побочный эффект выбранного мной образа жизни.


тёмные сказки


Мне кажется, все сказки, которые мне нравятся, имеют налет чего-то гадкого и темного.
Хотя вообще-то надо начать с того, что я в принципе с трудом делаю различие между сказками, романами и другими историями. А мне ведь действительно сложно провести между ними границу.
Я вечно читаю какие-то мерзости, которые ни за что не буду вот так просто давать почитать своему ребенку: «Адские машины желания…» А.Картер или «Дети из камеры хранения» Рю Мураками. Все началось еще в детстве: я хорошо помню, как случайно в родительских журналах наткнулась на «Иностранную литературу» с фрагментом Босховского «Ада» на обложке. Я потом частенько ходила тайком на него смотреть, я разглядывала его часами, с ужасом, но неизменным интересом.
А теперь я переключилась на литературу, поэтому легко выношу и Елинек, и ей подобных книжных извращенцев. Я – большая поклонница Ид.

@темы: Город, с запахом типографской краски, смещенный ракурс, сорока на хвосте принесла

18:46 

два в одном: ЛС по Э. Берну и 800*800 точек красоты

"Когда ты начинаешь всматриваться в бездну, у тебя чай остывает" (с)
Вам не кажется, что книги Лемони Сникета - это практическое пособие по трансактному анализу? Мне кажется.
Вообще, после того, как одна моя преподавательница сказала, что Карлсона, естественно, не было, а "Мио, мой Мио!" - сказка про фантазирующего мальчика (а я всегда до того момента верила в реальность Карлсона в книге), я стала примерять на манекена психологии все сказки. И я вот четко вижу, что была одна только девочка (Вайолет? Беатрис?), на примере которой гротескно показаны отношения Ребенка, Взрослого и Родителя (в роли которых и выступают Бодлеровские сироты) в период взросления. Там и про отношения с родителями, и про отношения со сверстниками, и про учителей, и про противоположный пол...
Вобщем, дочитаю - расскажу больше про свои нездоровые выкладки.

___________



А вот это фото весь день не идет у меня из головы. Просто фото дня. Невероятно красивое для меня...

800*800 точек красоты

@темы: impressions, лучшая ученица доктора Ф., мимолетность красоты, с запахом типографской краски

23:35 

героическое

"Когда ты начинаешь всматриваться в бездну, у тебя чай остывает" (с)
Во дайрам ходит забавная игра на предмет «кто твои пятнадцать любимых героев книг/фильмов». Для меня эта цифра 15 – натуральная засада, потому что я могу написать список из трех героев или из ста трех, но пятнадцать предполагает, что многие незаслуженно окажутся за бортом, несмотря на всю их значимость для моей внутренней истории и прочие заслуги.
Дополнительная же сложность для меня состоит в том, что лично мне, оказывается, намного важнее книга, и вспоминаю я всегда историю, а уже потом извлекаю из ее контекста интересных людей. Это требует интеллектуальных затрат, и я уже весь мозг себе вывихнула, пытаясь сделать свой список максимально объективным, то есть, конечно, субъективным, но при этом соответствующим моим привязанностям. А получилось все равно как-то неполно.
Но так или иначе, а на данный момент список таков:

1. Северус Снейп – куда ж без него? Я бы еще Дамблдора добавила, но тогда получается два героя из одного произведения, а количество мест-то ограничено.
2. Снусмумрик – его образ есть одно из основных достижений не только госпожи Янссон, но и всей мировой литературы.
3. Аннабель («Любовь» Анджелы Картер) – полная дура, но что-то в ней есть…
4. Телль и Элен («62. Модель для сборки» Хулио Кортасара) – не могу определиться, и вообще они для меня умещаются в один образ.
5. девочки из «Школы убийц» - та же история.
6. Сажерук («Чернильное сердце» Корнели Функе)
7. Алиса (из Страны чудес и Зазеркалья)
8. Кира («Притон просветленных» Насти Гостевой) – мне просто близко то, как Гостева описывает людей, практически в каждом есть что-то любимое.
9. Аурелиано Буэндия (полковник)
10. Ван Чоу-Мо ( «2046» и «Любовное настроение» Кар Вая)
11. Марина («Сами по себе» Сергея Болмата) – еще одна дура, но такая замечательная.
12. Кэти («Не отпускай меня» Исигуро) – так меня тронула история о донорстве, что я несколько дней ходила под впечатлением.
13. Дон Хуан (кастанедианский)
14. Дин (второстепенный персонаж «Ковбоев и индейцев» О’Коннора) – практически не играет роли в повествовании и намечен парой штрихов, но запомнился мне даже лучше главных героев.
15. Атех («Хазарский словарь» Павича)

А еще я обнаружила, что есть много героев, мне нравящихся, но я совершенно не помню, как их зовут…

@темы: impressions, сорока на хвосте принесла, с запахом типографской краски

00:51 

ну поговорите же со мной о книгах (часть 1)

"Когда ты начинаешь всматриваться в бездну, у тебя чай остывает" (с)
Но про книги последних дней я так и не договорила.
Так вот.
Я дочитываю книгу, о которой когда-то узнала от .Джу, виниловые пластинки и винтажным почерком: исследование о материнско-дочерних отношениях на материале художественных произведений «Дочки-матери. Третий лишний?» Каролин Эльячефф и Натали Эйниш. Это, конечно, вещь специфическая, только для тех, кто «в теме» и хоть немного умеет мыслить категориями психоанализа, не чураясь при этом специфических, связанных с сексуальностью терминов. Но, если слово «инцест» для вас вкупе с многостраничными разборами не есть страх и ужас, то читать стоит.
Про мам, которые слишком мамы или совсем не мамы, и про то, как они уродуют жизнь своих дочерей. Да, авторы перегибают палку и все внимание сосредотачивают на материнских ошибках, хотя эти матери – в том числе дочери своих матерей. Но я бы не стала сильно наезжать на них, «кто появился первым: курица или яйцо» и кто из них виноватей - рассуждая таким образом, можно дойти и до бесплодной демагогии.
На самом деле, претензии две, и главная – к издателям. Ну как можно издавать научные книги с таким количеством орфографических ошибок? Причем ошибки там не из разряда неотредактированных описок, а «качественные» такие ужасы, свидетельствующие о глубинной неграмотности переводчиков и портящие все впечатление.
Претензия к авторам, скорее, типа «столкновение мнений». Просто лично я придерживаюсь точки зрения, что ядром являются не материнско-дочерние отношения, которые затем разворачиваются символически в различных жизненных ситуациях (и, например, первая жена мужчины по отношению ко второй является символическим воплощением матери, место которой стремится занять дочь), а скорее сформировавшаяся в отношениях с матерью и закрепившаяся модель женских отношений в виде асимметричных, в которых центр влияния и власти смещен в сторону одной или другой участницы. Но это уже мои личные выкладки, а книга хорошая – рекомендую.

А из художественной литературы в последние несколько дней я приобрела следующие.
«Городские легенды» Де Линта, которые достались мне чудом. Вообще, Де Линта я не очень сильно люблю за излишнюю приторность диалогов. Кажется, у него даже враги способны беседовать следующим образом:
- Ах, простите, но я вас убью.
- Ну что ж, я вас прекрасно понимаю…
И далее по тексту, сверхнереалистично. Хотя, надо признаться, именно в этой гипертрофированной деликатности есть тепло, которого так не хватает в обычной жизни.
«Легенды» же мне очень хотелось иметь, потому что о них всегда говорят, выделяя из ряда остальных романов, признавая за ними некую исключительность, но при этом нигде их невозможно достать (я имею в виду текст на бумаге).
И тут ехала я на концерт Калинова Моста и хотела перед этим забежать попить кофе в Идеальную Чашку на Большом проспекте П.С. А оказалось, что она на ремонте, и я с горя побрела в соседний Снарк. И здесь надо сказать о том, что походы в Снарк для меня обычно являются либо чем-то вроде путешествий в музей, либо охотой наугад, и второе все чаще, потому что эта сеть магазинов уже давно загибается и периодически без лишних зазываний или сколько-нибудь заметных примет устраивает распродажи. Там я как-то основательно закупилась «Азбукой-классикой» по ценам комиссионок и старыми Амфоровскими узенькими книжками.
А в этот раз у стеллажей с детской литературой я столкнулась с парой: молодая девушка и женщина, и девушка что-то весело советовала своей спутнице и так аргументировано и в сложных предложениях рассказывала о книге «Восток» Эдит Патту, что и я прислушалась. Они обсуждали иллюстрации, и я уже пригляделась. И только потом приобрела книгу на книжной ярмарке, а на тот момент немного устала от их разговора и поплелась к стеллажам с зарубежкой.
Там внизу в ряду остальных книг и стояли «Легенды». Я их схватила и, не веря своим глазам, уставилась на ценник в полторы сотни. Это уже было просто неприлично чудесно, и больше я с книгой не расставалась…

И еще. По дороге на книжную ярмарку в ДК Крупской есть павильончик с книгами «до 150 рублей», который я обычно игнорирую в силу убогости ассортимента. Но тут меня дернуло зайти, и за более чем символическую плату 30 рублей я там приобрела книгу под названием «Пфитц» Эндрю Крами. Просто для того, чтобы заставить меня купить книгу, много ума иметь не надо. Надо всего лишь догадаться написать на обложке: «Роман "Пфитц" (1995) - вероятно, самое экстравагантное произведение писателя, - приглашает Вас в XVIII век, в маленькое немецкое княжество, правитель которого сосредоточил все свои средства и усилия подданных на создании воображаемого города».

А еще я и несколько других книг приобрела, но о них потом.

@темы: impressions, с запахом типографской краски

20:55 

футбол и стихи

"Когда ты начинаешь всматриваться в бездну, у тебя чай остывает" (с)
У меня отключился инет, а писать посты без него как-то тоскливо. То есть я понимаю, что это никак не связано, что можно, напротив, сидеть и спокойно кропать абзацы очередной записи с тем, чтобы опубликовать ее на следующий день, но все равно – настроение уже не то. И все же я попробую…



Летом я хожу на стадион
Я болею за Зенит: Зенит – чемпион!
Я сижу на скамейке в ложе Б
И играю на большой жестяной трубе…
Майк



На днях я слушала радио, и там как-то подозрительно часто гоняли песню про Зенит. И вообще, все в последнее время говорят только про Зенит. И я тогда не удержалась и спросила мужа:
- Слушай, а Зенит сейчас на каком месте?
- На первом, - сказал он, - Зенит – чемпион!
Он всегда издевается и говорит это.
- Блин! А на самом деле?
- Да на самом деле. Они вчера выиграли.
- Как?!...
Без шума, без пыли. И я подумала: да как же так? Во всегородском поклонении сине-бело-голубым раньше был определенный почти неуловимый шарм веры в аутсайдера. Необъяснимой, безапелляционной, преданной веры. А что теперь? Не будет больше шарфиков с цифрой 1984, отсылающей в год, когда мне было… короче, отсылает в год. Не будет хорошей мины при плохой игре и явных нелепых преувеличений степени заслуг любимой команды в оправданиях перед «ненашими», не будет горечи и дрожи в голосах за кружкой пива после очередного проигрыша и прочих забавных мужских ритуалов. То есть быть-то они будут, но в контексте недавней победы они уже не будут такими милыми и характерными.
Мне кажется, что это предел. Что это как свадьба в многосерийной мексиканской мелодраме, и после этой долгожданной победы единственно верным решением было бы просто взять и распустить команду. Очень был бы красивый жест и самая правильная точка, но кто меня спрашивает…
И кому интересно вообще, что футбол меня на самом деле жутко утомляет. Или раздражает – это по ситуации.



Зима застыла среди теней, завязла в сырой дремоте, я собираю в ладони дни, стараясь не растерять.
Он пишет красками на стене, мечтающей о ремонте, седое небо дрожит над ним и плачет в его тетрадь.
Аля Кудряшева


И я вот решила, что мне непременно нужна ее книга, тем более, что Житинский так настойчиво зазывал в магазинчик Геликона. Я вышла с работы и села на 62-ю маршрутку. Было холодно и пасмурно, я растирала пальцы и думала о том, что у нас в Городе есть четыре времени года: весна-осень, пекло или лето? (по ситуации), осень-весна и сумерки. И в наступающих сумерках мне как-то особенно тоскливо, особенно в момент, когда маршрутка выруливает в сторону Маринки и Площади Труда, и я вижу урывком Новую Голландию.
По осени я как-то шла мимо нее, смотрела на оставшиеся две стены с потемневшими от времени кирпичами, на знаменитую арку и на образовавшийся на месте главной городской тайны пустырь и думала, что никакая гаспромовская башня уже не покроет масштабы подобного невообразимого варварства. Новая Голландия была великолепна в своей давящей немоте, недосказанности и суровой лаконичности, а теперь вместо нее мы получим еще одну площадку для вялотекущих игр размалеванных паяцев.
Я шла, слышала гастарбайтеровские невнятные выкрики и глухой звук падающего кирпича и представляла себе этот остров нашей общей инфантой, которую все любили, говорили о ней с придыханием, восхищались ее чистотой, но никто никогда ее не видел, и вдруг ее схватили и бросили развлечения ради пьяным матросам, и каждый желающий может теперь прийти и поглазеть на нее, обнаженную и испуганную. Это все неправильно, а камни летят и летят. Через осень в зиму, и пыль попадает в глаза, выбивая слезу.
И в это время я как раз приезжаю на Васильевский остров. Он прекрасен, а воспетая Бродским, а вслед за ним и Сашей Васильевым, жаба в манжетах – это уже не про василеостровскую честь, это всего лишь наша случайная мачеха из Смольного, брезгующая сказать «здравствуйте» женщинам, ежедневно моющим ей полы.
И знаете что? Я совершенно не знаю Васильевского острова, я бываю там очень редко и всегда тороплюсь, не успевая толком рассмотреть его влажные глухие аллеи, немые подворотни и тихие ленивые улицы. Я всегда теряюсь в лаконичной геометрии линий и проспектов, нарезая свой путь не кругами, конечно, а какими-то замысловатыми зигзагами.
Вот и в тот день я шла, шла, и было холодно, и лужицы в тоненьких корках льда, мерзли руки, ветер вползал, врывался запазуху. Мне навстречу попалась девушка в черном пальто до пят с книгой Али, и я подумала: ну бывает же такое, а через минуту нырнула в подвальчик Геликона.
Там тесно и книжки по полкам, и как в импровизированном туалете посреди поля – прозаики направо, поэты налево. Продавец за компьютером курила, а я листала бесчисленные книги и вместо одной, набрала целых пять, а потом у меня закончились деньги. Зато теперь у меня на полке стоит не только Изюбрь, но еще и Ася Анистратенко (правда без Пеппилотты, что огорчает), Яшка Казанова (которую еще недавно я почти не читала и как-то не совсем воспринимала), еще одна Ольга Родионова и заодно Машенька Протасова, но эта – авансом, потому что девочка еще не расписалась в полную силу.
Так что, скорее всего, в скором будущем я буду много цитировать и кормить вас стихами.
А магазинчик на 1-й линии В.О., 28 сдаю с потрохами – мне там очень понравилось: недорого, тихо, накурено, хотя я сигаретный дым не очень люблю, но там он создает атмосферу. Я бы хотела работать в подобном месте: сидеть за компьютером, тихо пописывать тексты и продавать хорошие книги. И обязательно в очках. Да для меня это, собственно, вопрос времени, но когда они будут, я буду считать себя уже по всем статьям подготовленным продавцом книг…
А потом я опять петляла к метро: в спортивном ориентировании я бы сгинула и пропала бы без вести, но в этот раз смогла выбрать правильное направление по макдональдсовскому указателю. Ведь метро – это почти всегда один из относительно бесплатных сервисов в дополнение к основному меню…

:ps: этот текст написан большей частью полторы недели назад. За устарелость информации автор ответственности не несет)

@темы: Город, impressions, still life, с запахом типографской краски

00:20 

о том, как закончилась сказка

"Когда ты начинаешь всматриваться в бездну, у тебя чай остывает" (с)
И вот я закончила описывать свои впечатления от Поттерианы. Ниже вы можете прочесть их, но предупреждаю сразу: рецензия у меня вышла длинной; по школьной привычке, пафосной; и крайне бессодержательной, кроме того, несвободной от дублирующих друг друга абзацев.
Мыслей в голове, безусловно, намного больше, чем приведено в этой записи, но делать текст еще длиннее просто неприлично, поэтому я опустила и впечатления о Гермионе, и мысли по поводу главного хорвартсовского партизана Невилла (которого Темный Лорд выбрал-таки и даже собственноручно снабдил оружием), и многое-многое другое. Но и без того я растянула свои впечатления на четыре с лишним вордовские страницы, так что до конца дочитают разве что самые терпеливые.
Так что обратите внимание, я предупредила заранее.

Волдеморт-марионетка, Дамблдор-Снейп-Поттер как военный полигон, некоторые прогнозы + бонусные тезисы о Малфоях, бессмысленных смертях и Дамблдоре-"гее"

@темы: impressions, Поттериана: взгляд из-за шкафа, с запахом типографской краски

03:03 

дважды два

"Когда ты начинаешь всматриваться в бездну, у тебя чай остывает" (с)
Все просто. Моя жизнь сейчас укладывается в единственное предложение с однородными членами: «Гарри Поттер», осень, чужая свадьба, старые фото, отлетевшие набойки на сабо, дистимия, поликлинические направления, 22 августа, еще более старые, нежели фото, тетради со стихами, бойкот телевизору, новый чай, одинокий кофе напротив бывшего «Сайгона».

Проявляются старые знакомые. Меня трясет: то от радости, то от злости. Список на vkontakte.ru распухает, как отсыревшая книга, хотя с половиной из желающих периодически лицезреть меня 50 на 69 точек в углу своего монитора я никогда дружна не была. Я даже, скорее, была недружна. А теперь они шлют мне заявки на друзьевключение и даже – что вовсе невероятно – сообщения. Здравствуй, Юля Ананьева! Здравствуй, Аня Таран! До свидания, девочки!

Эстель, я видела твой список книг. А вот мой:
1. Седьмая часть сами-знаете-какой-книги. Бесспорно.
2. Зэди Смит, «Белые зубы».
3. Иржи Грошек от «Легкого завтрака…» до «Легкого завтрака…»
4. наконец-то, «Игра в классики».
5. и еще кафкианский «Замок».
6. Нил Гейман, «Задверье», «Звездная пыль» и т.д.
7. Памук, однозначно, потому как «Снегом» была невероятно впечатлена.
8. «Пейзаж, нарисованный чаем» и «Другое тело» Павича.
9. снова «Муми-тролли».
10. и «Путешествие налегке» Янссон.
11. Анна Старобинец «Убежище 3/9»
12. «Воздушные пираты»
13. Кейт Миллер "Книга полетов"
14. Чайна Мьевиль "Вокзал потерянных снов"

Пока достаточно, как мне кажется. Впрочем, количество нечитаных книг стремительно приближается к сотне. Там и Пелевин, и несколько японцев разной степени известности, и Кизи, и воспетые Кундерой Броховские «Лунатики»…

А еще обнаружилась новая страничка с песнями моего сокурсника и друга Кости Парамзина. Когда-то я обещала дать ссылку на его музыку, но тогда на сайте были проблемы, а теперь он и вовсе переехал. Теперь же я уже часа два подряд слушаю последний альбом «Пропущенные звонки», который настойчиво рекомендую для тех, кто по-прежнему интересуется славным музыкальным коллективом Sot-75.
Для тех же, кто все еще ждет от меня текста, имеющего художественную ценность и превышающего в своем размере сотню страниц, я по секрету скажу: вышеозначенный альбом, одиннадцатый трек.
Именно он побудил меня послать куда подальше фаулзовские заветы относительно того, как, почему и что должно происходить с героями, и решить для себя стать для своих героев добрым богом. По крайней мере, падающие в судорожном объятии среди дермантиновых кресел пустого темного зала Сашка с Маринкой – под звуки стремительно-бескомпромиссной «Нежное тело лета» – это, простите, образ, который я не могу предать. И сколько хотите обвиняйте меня в пошлости и безвкусии…
Словом, вам сюда.

А я пока проверю обстановку на vkontakte.ru…

@музыка: Sot-75 "Нежное тело лета беспощадно рвет стихи..."

@настроение: дистимия

@темы: still life, с запахом типографской краски, Б.И.Ч. божий

Новейшие сведения о Великой битве в комнатах

главная